Эбби уже третий месяц работала на краю света, где почти не ловит связь и где даже летом лежит снег. Она изучала грунт перед строительством новой шахты, и каждый вечер чувствовала, как вина грызёт её изнутри. Год назад именно её расчёты легли в основу проекта, который потом привёл к обвалу. Погибли люди. С тех пор она бралась только за самые дальние точки, лишь бы не видеть чужих глаз.
В тот день вертолёт должен был забрать её на базу. Эбби села последней, пристегнулась и закрыла глаза. Мотор ревел привычно, но через несколько минут всё изменилось. Удар, треск, падение. Потом тишина и холод.
Она пришла в себя в разбитой кабине. Пилот и второй пассажир не шевелились. Эбби выбралась наружу, ноги дрожали, кровь стекала по виску. Кругом белая пустыня, горы и ни одной живой души. Вертолёт лежал на боку, как сломанная игрушка.
Сначала она пыталась вызвать помощь, но рация молчала. Телефон показывал нет сети. Топлива хватило бы на костёр максимум на сутки. Еды почти не осталось. Эбби понимала, что до ближайшего посёлка сотни километров, а температура ночью падает до минус сорока.
Она собрала всё, что могло пригодиться. Аптечку, нож, пару шоколадок, спальный мешок. И пошла. Сначала по следу вертолёта, потом просто на юг, потому что помнила, что там должна быть река, а река всегда ведёт к людям.
На второй день начались странности. Сначала она услышала шаги позади. Обернулась пусто. Потом увидела следы на снегу. Не свои. Большие, глубокие, будто кто-то тяжёлый идёт параллельно, но прячется за скалами. Эбби ускорила шаг.
Ночью, когда она развела маленький костёр, тени вокруг начали двигаться. Она сидела, прижав нож к груди, и слушала. Кто-то дышал совсем рядом. Не зверь. Зверь так не дышит. Слишком ровно, слишком спокойно.
На третий день она нашла старый лагерь. Палатка разорвана, вещи разбросаны, но следов крови нет. Зато в снегу снова те же отпечатки. И теперь они шли прямо к ней. Эбби поняла, что её ищут. Не спасатели. Кто-то другой.
Она больше не спала. Идти стало тяжелее, ноги стёрты в кровь, но останавливаться нельзя. Иногда ей казалось, что она слышит голоса. Шёпот на незнакомом языке. Иногда видела впереди фигуру, которая исчезала, стоило ей моргнуть.
На пятый день началась пурга. Видимость упала до двух метров. Эбби потеряла направление и просто шла, куда ноги несут. И вдруг вышла к реке. Лёд был толстый, но она всё равно перебралась, проваливаясь по пояс в снег.
На другом берегу стояла маленькая хижина. Дверь приоткрыта. Внутри тепло, пахло дровами. На столе лежала записка на русском. Эбби знала язык, когда-то училась в Москве. Там было всего три слова: Ты не одна.
Она обернулась. В дверях стоял человек. Высокий, в белой куртке, лицо скрыто капюшоном. Он молчал. Эбби подняла нож. Он медленно поднял руки, показывая пустые ладони. Потом отступил назад и исчез в снежной завесе.
Эбби осталась в хижине на ночь. Утром следов вокруг не было. Ни её, ни чужих. Словно всё стёрло ветром. Она нашла на стене старую карту и поняла, что до посёлка осталось меньше дня пути.
Когда она наконец дошла, люди встретили её как призрака. Рассказали, что вертолёт нашли пустым. Ни тел, ни вещей. Только разбитую кабину. Эбби молчала. Она до сих пор не знает, кто шёл за ней всю дорогу. Спасал или преследовал. Но каждый раз, закрывая глаза, она снова слышит тот спокойный дыхание за спиной.
Читать далее...
Всего отзывов
5